Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Хороший сборник рассказов - в хорошие руки. Это пиар!

Уважаемые камрады!

На либеральных сайтах в хорошие руки бесплатно отдают котяток.

У нас - книги. Это как-то правильнее.

Я хотел бы БЕСПЛАТНО отдать (разом) в региональные библиотеки, начинающим книготорговцам остатки тиража беллетристического сборника, изданного в 2008 году "Лениздатом". Там около 500 экземпляров. Ранее примерно 1500 разошлись по России и миру. Желающие - пишите в личку. Это некоммерческий проект. И уж никак не пропагандистский. Делался он для души и 25 процентов тиража - это остаток на складе.

Вот его обложка.


mail

Вот описание.
http://referats.colibri.ru/book.asp?cod=254854&rp=0&up=8

Все мы – наблюдатели и участники жизни тех больших и малых городов, где мы родились, и куда нас занесла судьба. Каждый город пишет книгу своего бытия, состоящую из тысяч и миллионов одновременно происходящих событий. Какие-то страницы этой книги мы активно пишем сами, какие-то видим рядом с собой, о каких-то знаем понаслышке. Сборник – это всего лишь маленькая, но очень яркая тетрадочка из Великой городской книги.

Сборник в эксклюзивном оформлении выпущен с привлечением русскоязычных авторов из разных стран – Россия, США, Эстония, Украина и др.

Вот отзывы

http://www.mirf.ru/Reviews/print2895.html

Подавляющее большинство антологий делится на два типа: ежегодники, где публикуются произведения, написанные за минувший сезон, и тематические сборники. Ко второй категории можно отнести и книги, включающие рассказы, отобранные именитым составителем, — серию «Фрам», к примеру. Антология «Городу и миру» тяготеет скорее к тематическим сборникам, но сказать, что все произведения, вошедшие в этот том, связаны некой идеей, было бы преувеличением. Рассказы собраны, что называется, с миру по нитке, и, как часто случается при таком подходе, книга получилась довольно неровной — зато есть настоящие жемчужины, мимо которых читателю, небезразличному к произведениям «малой формы», пройти просто стыдно. Николай Романецкий отдал в антологию лучший свой рассказ — мрачный постапокалиптический «Ковчег на Второй линии», совершенно беспросветное произведение об очередном конце света и людях, потерявших себя на этом фоне. Роман Светлов в новелле «Харуки Мураками умер в гостинице «Англетер» нарисовал очаровательный образ альтернативного Санкт-Петербурга в стиле то ли Хаяо Миядзаки, то ли Филипа Пулмана. Сергей Стрелецкий (он же Сергей Бережной) поведал об очередных приключениях русского самурая Цурюпы Исидора («Моривасэ Моногатари»). Поэтесса Татьяна Алферова в «Полной безупречности» показала, к чему может привести стремлением некоторых людей во что бы то ни стало отстаивать свою правоту. В оригинальном амплуа выступила Екатерина Белецкая, известная любителям фантастики по циклу романов «Нарушители»: ей принадлежат не только подборка лирических притч «Муха и Пёстрый» и несколько разрозненных рассказов, но и оформление обложки, выполненное в сдержанном интеллигентном ключе.

http://vz.ru/culture/2008/9/13/206849.html

Харуки Мураками умер в гостинице «Англетер»

Людям, не обделенным фантазией, свойственно придумывать города из уже существующих и воображаемых, и вот свидетельство – книга о городе, книга-город, сборник рассказов 16 писателей, повествующих о городе, посвященных городу, прославляющих, обвиняющих его, в нем живущих, его не замечающих и без него себя не мыслящих.

Город у каждого свой и один на всех – мегагород. На обложке – дверной проем, за которым открывается улица, вымощенная паркетом. Город-дом. Город, в котором живут.

 

Городу и миру

 «Роды» Жени Крейн — мучительно-нежная зарисовка о двух неприкаянных душах, затерявшихся в этом мире и в чужом городе…»

…Живут ли? Вслед за коротким вступительным аккордом Жени Крейн сборник открывает рассказ Екатерины Белецкой «Муха и Пестрый», со второй страницы которого в глаза вонзается фраза: «Во время этого бега они забывали, что очень долго были мертвы».

Через несколько предложений можно вздохнуть с облегчением: нет, история не про зомби, это путешествуют по городским кварталам два городских философа, переваривая с жужжанием и урчанием городскую мудрость.

Зомби будут потом – в безжалостном, как удар ножом в глухой подворотне, рассказе Николая Романецкого «Ковчег на Второй линии». Ничего не поделаешь: город – это не только проспекты и набережные.

В нем, например, человеку выпадает единственный в жизни шанс, но затем, отвергнутый по невниманию или глупости, этот шанс растворяется в тумане, как произошло в рассказе Владимира Гржонко.

И поделом: в городе с прямыми и скучными улицами чудеса случаются, только если их ждешь и всегда о них помнишь, – это закон городов.

Зато когда ждешь и помнишь, в чудо может превратиться такое будничное занятие, как поедание копченой рыбы в рассказе Натальи Хаткиной.

Или совсем не будничное восхождение на вершину купола старой бруклинской церкви – снова Владимир Гржонко, «Адреналин». А как можно забыть чудесную историю о кошке, в наказание за провинность превращенной в человека, – это «Кисино горе» Анастасии Карпенко.

Или хронику семейных чудес Елены Конотоповой, поставщик которых – обаятельная, избалованная и обожаемая дочка родителей-трудоголиков.

 Город – это мир

 В одном квартале нашего города детей балуют, в другом они становятся проклятием и вечным напоминанием о глупости и жестокости – это рассказ Николая Алхазова «Мужчина старше женщины, женщина старше мужчины».

В третьем квартале – в «Третьей стороне медали» Екатерины Белецкой – из-за глупости и жестокости детей убивают.

В нашем городе много смертей, есть даже «Приют» для мертвых Ольги Семеновой, в котором, оказывается, тоже существует жизнь. Много смертей – скорее примета эпохи, чем городского пространства, не потому ли столь часто в последнее время авторы стараются как-то ее «обжить»?

Немного особняком стоят в книге два рассказа Романа Светлова, цепляющиеся друг за друга, как шестеренки часового механизма.

На другом уровне в этих рассказах соединено, казалось бы, несоединимое – конкретный и узнаваемый город Петербург и экзотическая для российского читателя страна Япония.

«Харуки Мураками умер в гостинице «Англетер» – это не метафора. Волею автора обожаемый во всем мире японец-космополит попадает в Россию, а там – в историю, которую запросто мог бы сочинить сам, ибо в ней присутствуют многие атрибуты его книг: виски, музыка, наркотики, секс, опасность, благородство и жертвенность.

И смерть, разумеется, – условная и символическая, поскольку граница между жизнью и смертью одинаково размыта как в книгах Харуки Мураками, так и в этом городе-призраке с его растворенными в тумане куполами и крышами.

Второй рассказ, «Трусливый Бодхисатва», – это опора, удар и толчок, после которого заканчивается падение и начинается подъем. Выдуманная история праведника, уверенного в том, что он грешник, отзывается через много лет поступком, которому суждено изменить жизнь человека.

 А может, города. А может, мира.

В других рассказах город показывает, на что он способен. В «Полной безупречности» Татьяны Алферовой он карает, в «Задержавшемся поезде» Владимира Гржонко – спасает, в «Тубусе» Алексея Козуляева – предает, в «Лифте» Михаила Рабиновича – неуклюже заботится.

А в удивительно светлой и одновременно страшноватой истории Екатерины Белецкой «Все и сразу» – учит. Указкой по пальцам, как водится, и такие уроки запоминаются лучше всего.

Последний рассказ сборника – «Роды» Жени Крейн – мучительно-нежная зарисовка о двух неприкаянных душах, затерявшихся в этом мире и в чужом городе.

Муж и жена, родные и чужие, разлученные эмиграцией и тянущиеся друг к другу словно к последней опоре, пытаются как-то устоять и на чем-то удержаться.

Завершает историю, а с ней и всю книгу о городе и мире фраза, достойная того, чтобы стать отдельным рассказом: «Ребенок родился на рассвете».

А иначе для кого мы строим этот город?..